Мировая экономика Статьи по мировой экономике
  Новости
  Классические статьи по экономике
  Деньги
  Золото
  Нефть (ресурсы)
  Демократия
  США
  Ближний Восток
  Китай
  СССР и Россия
  Евросоюз
  Югославия
  Третий Мир
  Сельское хозяйство
  Производство
  Социальные вопросы экономики
  Образование
  Современная экономика
  Проблемы современной экономики
  Экономическая карта мира.
  Геополитика
  Государство
  Экономика будущего
  Наука
  Энергетика
  Международные фонды
  Всемирная торговая организация
  Катастрофы
  Терроризм
  Религия, Идеология, Мораль
  История
  Словарь терминов

Опрос
На Ваш взгляд Украина должна интегрироваться с
Евросоюзом
Россией
Или играть в "независимость" на транзитных потоках


Результаты

Спонсор проекта:
www.svetodiody.com.ua

  

Деньги >> Банки >> История банковского дела

История банковского дела

История банковского дела

Дмитрий Карасев

 

 

 

Согласно Библии, 2000 лет назад Иисус прогнал менял из храма. Примечательно, что это был единственный раз в его земном существовании, когда Иисус использовал силу. Когда евреи приходили в Иерусалим платить храмовый сбор, в храме принимали плату только специальной, имевшей тогда хождение монетой - половиной шекеля. Она представляла из себя половину унции чистого серебра и, в отличие от других монет, не носила на себе изображения римского императора. Поэтому для евреев полшекеля была единственной монетой, угодной Богу. Но этих монет было не так много, требовались услуги менял. Менялы захватили этот рынок, а затем подняли цену на популярные монеты, как на любой другой рыночный товар. Другими словами, менялы делали фантастические барыши, поскольку получили чистую монополию на деньги. И евреи были вынуждены платить любую назначенную ими цену. Для Иисуса это являлось грубым нарушением святости Божьего Дома.

 

1. Римская империя

Однако клика менял возникла даже не во времена Иисуса. Еще за 200 лет до Христа у Римской Империи были проблемы с менялами. Двое из ранних римских императоров пытались урезать власть менял с помощью законов о ростовщичестве и ограничения залога земель до 500 акров. Оба были убиты. В 48 году до н.э. император Юлий Цезарь отобрал власть чеканить деньги у менял и выпускал деньги в интересах всего общества. Значительное увеличение денежной массы позволило выполнить грандиозные общественные проекты. Было выстроено много публичных зданий. Народ полюбил Цезаря, но менялы его возненавидели. Ряд исследователей полагает, что именно это стало важной предпосылкой его убийства. Одно известно наверняка - со смертью Цезаря изобилию денег в Риме пришел конец. Выросли налоги, коррупция и подделка денег стали скорее правилом, нежели исключением. В конечном итоге денежная масса в Риме снизилась на 90%. Простой народ разорялся, терял свои земли и дома. С сокращением предложения денег население Рима потеряло доверие к правительству и отказалось его поддерживать. Просвещенный Рим был ввергнут во тьму средневековья. То же самое может произойти и в Америке.

 

2. Ювелиры

Через тысячу лет после смерти Христа в средневековой Англии активизировались менялы, которые ссужали деньги и определяли количество денег в обращении. Они были столь активны, что сообща могли манипулировать всей британской экономикой. Они еще не были банкирами в современном понимании этого слова. В большинстве своем это были ювелиры. Однако они стали первыми банкирами, поскольку брали на хранение драгоценности других людей. А первые бумажные деньги представляли собой расписку за золото, сданное на хранение ювелиру. Таким образом получили развитие бумажные деньги, поскольку это было удобнее, чем носить большое количество золотых и серебряных монет. В конце концов ювелиры заметили, что лишь небольшое количество вкладчиков имеет обыкновение приходить и требовать свои ценности обратно. Тогда они начали мошенничать. Они поняли, что могут выпускать больше бумажных денег, чем хранят золота, и никто не в состоянии уличить их в обмане. Что они могут выдавать эти необеспеченные день ги в кредит и собирать за их пользование процент. Таким образом, родились банковские операции с частичным обеспечением, то есть выдача в кредит денежной суммы во много раз большей, чем сумма активов на депозите. Таким образом, если вы кладете им на хранение 1000 долларов, они выдают под их обеспечение на 10000 кредитов бумажными деньгами и берут за их пользование процент. И никто не в состоянии раскрыть обман. Так ювелиры сосредотачивали в своих руках все больше бумажных денег для покупки все большего количества золота. Сегодня практика выдачи в кредит большего количества денег, чем имеется резервов, именуется банковскими операциями с частичным покрытием. Каждый банк Соединенных Штатов может выдавать в кредит минимум в 10 раз больше денег, чем имеет покрытия. Поэтому банки богатеют, взимая, скажем, 8% годовых за выдачу кредитов. На самом деле это не 8% годовых, а все 80%. Поэтому здания банков обычно самые большие в городе.

 

Но значит ли это, что банковское дело изначально криминальное? Ничего подобного! В средние века католическая церковь запретила взимать проценты за пользование кредитом. Эта концепция основывалась на учении последователей Святого Фомы Аквинского, говорившего о том, что цель денег - помогать обращению товаров между членами общества, необходимому для благочестивой жизни. Взимание процента, по их мнению, мешает этой цели, поскольку накладывает излишнюю обузу на использование денег. Другими словами, банковский процент противоречит здравому смыслу и справедливости. В соответствии с этими постулатами в средние века специальный церковный закон запретил взимать проценты за кредит и сделал их составом преступления, названного ростовщичеством. Позже, по мере развития торговли и появления новых инвестиционных возможностей, было признано, что кредитор несет издержки, связанные как с риском, так и с упущенными деловыми возможностями. Поэтому были разрешены некоторые удержания, но не проценты за кредит. Однако все моралисты, какой бы религии они ни придерживались, всегда осуждали мошенничество, угнетение бедных и несправедливость как совершенно несовместимые с моралью. Как мы с вами увидим, банковские операции с частичным покрытием основаны на мошенничестве, и потому приводят к увеличению бедности и снижают стоимость денег каждого из членов общества.

 

Древние ювелиры обнаружили, что сверхприбыли можно получать за счет регулирования количества денег на рынке между "легкими деньгами" и "связанными деньгами". Когда денежная масса увеличивается, кредитование становится легче. Люди берут деньги для расширения бизнеса. А когда предложение денег сокращается, стоимость кредита возрастает и кредитование усложняется.

 

Что происходило раньше и происходит сейчас, так это то, что некоторая доля заемщиков оказывается не в состоянии погасить взятые кредиты или покрыть старые за счет получения новых. Поэтому они становятся банкротами и вынуждены продавать свое имущество ювелирам за бесценок. То же самое наблюдается и сегодня. Только в наше время мы называем это колебание экономики вверх и вниз "деловым циклом".

 

3. Мерные рейки

Как в свое время Юлий Цезарь, около 1100 года н.э. английский король Генрих I тоже решил забрать право на выпуск денег у ювелиров. Он вывел из употребления все знаки нарицательной стоимости, имевшие хождение в бедных провинциях, такие как морские раковины, перья т.д. Но он изобрел одну из самых необычных денежных систем в истории, названную системой "мерных реек". Эта система продержалась 726 лет и была отменена лишь в 1826 году. Она была принята для того, чтобы избежать манипуляций ювелиров. По своей сути новая денежная система основывалась на деревянных полированных рейках с зарубками с одной стороны, обозначающими номинал. Затем рейка расщеплялась вдоль по всей длине таким образом, чтобы сохранить зарубки. Одна половина рейки оставалась у короля и служила защитой от подделки, а вторая пускалась в обращение. Хранящийся сегодня в Музее Банка Англии образец мерной рейки очень велик и соответствует 25 тысячам фунтов стерлингов. Представьте себе, что один из первых акционеров Банка Англии купил себе акции в самой (на то время) могущественной и богатой корпорации мира с помощью этого куска дерева. Неудивительно, что после своего образования в 1694 году Банк Англии подверг нападкам эту, находящуюся вне его контроля, систему. Чего, собственно, в свое время и добивался король Генрих.

 

Почему же люди в свое время принимали кусок дерева как деньги? Это хороший вопрос. В течение всей истории человечества люди использовали в операциях товарно-денежного обмена все, что они соглашались ценить и принимать как деньги. Секрет в том, что деньги есть то, что люди соглашаются использовать как деньги. Что такое деньги в наше время? Всего лишь бумага. Хотя тут есть свои премудрости - тот же король Генрих приказал, чтобы мерные рейки использовались для уплаты королевских налогов. Это сразу же заставило их обращаться и приниматься как деньги. На самом деле еще ни одна денежная система не работала так хорошо столь долгое время. Заметьте, Британская Империя была создана на основе системы мерных реек. Эта система держалась вопреки тому, что менялы постоянно пытались ее подорвать с помощью своих металлических монет. Другими словами, металлические монеты никогда полностью не выходили из обращения. Так же как и мерные рейки, которые использовались для уплаты налогов. В конечном итоге в XV веке король Генрих VIII ослабил законы, касающиеся ростовщичества, и менялы быстро восстановили свое былое влияние. На несколько десятилетий они значительно увеличили предложение золотых и серебряных монет. Но когда к власти пришла королева Мария и снова ужесточила законы о ростовщичестве, менялы начали припрятывать золотые и серебряные монеты, чем вызвали спад в экономике. В итоге, когда трон перешел к сестре королевы Марии - Елизавете I, она была полна решимости взять в свои руки контроль за выпуском английских денег. Первым решением было начать чеканить золотые и серебряные монеты в Королевском Казначействе и передать вопросы управления денежной массой правительству. И хотя контроль над деньгами был не единственной причиной Английской революции - религиозные противоречия также добавили масла в огонь, - деньги стали первопричиной. С помощью денежной подпитки со стороны менял Оливеру Кромвелю удалось сбросить с престола короля Чарльза, распустить Парламент и казнить самодержца. Менялам сразу же было позволено консолидировать свою власть. Как следствие, в течение последующих 50 лет они ввергли Великобританию в череду серьезных и дорогостоящих войн. Они захватили квадратную милю недвижимости в центре Лондона, известную как Сити. Этот район до сих пор является одним из 3-х основных мировых финансовых центров. Конфликт с династией Стюартов привел к тому, что английские менялы вместе с менялами из Нидерландов финансировали вторжение в Англию Вильгельма Оранского, который сбросил Стюартов с трона в 1688 году и захватил английский трон.

4. Банк Англии
К концу XVI века Англия оказалась на грани финансового краха. 50 лет почти непрерывных войн с Францией истощили экономику страны. Тогда правительственные чиновники вступили в переговоры с менялами с целью получения кредитов, необходимых для продолжения прежнего политического курса. Запрошенная менялами цена оказалась очень высокой, и с разрешения правительства, буквально из ниоткуда, возник частный банк, наделенный правом печатать деньги. Так появился первый в истории частный центральный банк. Чтобы ввести в заблуждение население, он носил обманчивое название "Банк Англии". В действительности же этот банк никогда не был государственным. Как всякий частный банк в момент учреждения он разместил на рынке свои акции. Инвесторы, чьи имена никогда не разглашались, должны были выложить 1,25 млн. фунтов стерлингов золотом для покупки акций. Однако на самом деле уплачено было всего 750.000 фунтов. Несмотря на это, Банк Англии был законным образом зарегистрирован в 1694 году и начал свою деятельность с выдачи процентных кредитов. Кредиты в несколько раз превышали сумму, которую банк, как предполагалось, имеет в резервах. Взамен новый банк ссужал английским политикам столько денег, сколько им хотелось, при условии обеспечения долга прямым налогообложением британских граждан. Таким образом, легализация Банка Англии привела не к чему другому, как к санкционированному законом выпуску национальной валюты, не обеспеченной резервами, во имя частных интересов. К сожалению, сегодня почти в каждой стране мира есть свой контролируемый частными лицами центральный банк, образцом для которого послужил Банк Англии. Мощь частных центральных банков так велика, что очень скоро они начинают полностью контролировать экономику страны. Что это значит? Для примера, давайте вообразим, что мы передали управление армией в руки мафии.

Да, нам нужны центральные банки. Нет, они не должны находиться в частных руках. В действительности клика частных центральных банков - это скрытый налог. Государство выпускает облигации и продает их центральному банку, чтобы изыскать деньги на программы, финансировать которые за счет повышения налогов ему не хватает политической воли. Но облигации покупаются за деньги, создаваемые центральным банком из "воздуха". Чем больше денежная масса в обращении, тем меньше стоят деньги в наших карманах. Правительство получает столько денег, сколько хочет для удовлетворения своих политических амбиций, а народ расплачивается за это инфляцией. Однако красота замысла заключается в том, что едва ли один из 10000 человек о чем-либо догадывается, поскольку истина скрывается за сложной для понимания псевдоэкономической галиматьей.

С образованием Банка Англии страна пережила наплыв бумажных денег. Цены удвоились. Огромное количество кредитов выдавалось на реализацию любой безумной идеи. Например, одно предприятие предлагало осушить Красное море, чтобы поднять золото, предположительно утерянное затонувшей египетской армией, преследовавшей бежавших под предводительством Моисея израильтян. К 1698 году правительственный долг вырос с 1,25 млн. фунтов стерлингов до 16 млн. фунтов стерлингов. Чтобы заплатить за это, государственные налоги увеличивались снова и снова. Поскольку денежное обращение находилось под жестким контролем менял, британская экономика начала колебаться между кризисами и депрессиями.

Эдди Джордж, управляющий Банка Англии, говорил: "Есть две вещи, находящиеся в ведении не столько Банка Англии, сколько центрального банка как такового. Прежде всего, это участие в управлении денежной политикой преимущественно с целью достижения денежной стабильности..." Однако с тех пор как Банк Англии взялся определять денежную политику Великобритании, английский фунт очень редко был стабилен.

5. Взлет семьи Ротшильдов
Франкфурт, Германия. Через 50 лет после основания Банка Англии, в 1743, здесь открыл свою мастерскую ювелир по имени Анхель Мозес Бауэр. Над дверью он повесил эмблему - римского орла на красном щите. Мастерская вскоре стала известна как "Красный щит" или, по-немецки, Rotschield. Когда мастерскую унаследовал его сын Майер Анхель, он решил сменить фамилию с Бауэра на Ротшильда. Кроме того, сын понял, что ссужать правительства и королей гораздо более выгодно, чем частных лиц. Не только потому, что в таких случаях кредиты больше, но также в связи с тем, что они обеспечены государственными налогами. У Майера Ротшильда было 5 сыновей. Он научил их всех "делать" деньги и послал в главные столицы Европы открывать филиалы семейного банка. Первый сын, Анхель, остался во Франкфурте следить за родным банком. Второй сын, Соломон, был послан в Вену. Третий и самый умный из всех, Натан, в 1798 году, через 100 лет после учреждения Банка Англии, попал в Лондон. Четвертый сын, Карол, поехал в Неаполь. Пятый сын, Яков, оказался в Париже. В 1785 году вся семья Майера Анхеля во Франкфурте улучшила свои жилищные условия. Она переехала в 5-этажный дом, который поделила с семьей Шиффов. В народе этот дом прозвали "Зеленый щит". Характерно, что в последующей финансовой истории Европы и Соединенных Штатов Ротшильды и Шиффы будут играть ведущую роль.

Ротшильды начали операции с европейскими активами здесь, в Вильгельмсхофе, во дворце самого богатого человека Германии и самого влиятельного монарха Европы, принца Вильгельма I Саксонского. Сначала Ротшильды только помогали Вильгельму спекулировать монетами из драгоценных металлов. Но когда Наполеон отправил Вильгельма в ссылку, Вильгельм послал гигантскую по тем временам сумму в 550.000 фунтов стерлингов Натану Ротшильду в Лондон с указанием прикупить облигаций британского правительства, также называвшихся "правительственные ценные бумаги". Однако Ротшильд использовал деньги по своему усмотрению. Ведь когда Наполеон развернул военные действия по всей Европе, появились поистине безграничные возможности для вложений в войну. Когда Вильгельм, незадолго до битвы под Ватерлоо в 1815, вернулся домой, он призвал к себе Ротшильда и потребовал деньги обратно. Ротшильды вернули деньги с процентами, равными доходности вложений в облигации правительства Великобритании. Однако прикарм анили полученную на деньгах Вильгельма дополнительную прибыль. Позже Натан Ротшильд хвастался, что за 17 лет пребывания в Англии он увеличил первоначальный капитал в 25.000 фунтов, данный ему для "разгона" отцом, в 2500 раз.

Вскоре, с помощью семейной кооперации Ротшильды стали сказочно богаты. К середине XVIII века они превратились в крупнейший банк в Европе и богатейшую семью мира. Они финансировали разработку кимберлитовых трубок, что позволило им установить монополию на владение месторождениями алмазов и золотыми копями в Южной Африке. В Америке они финансировали строительство железных дорог и металлургических предприятий. В конечном итоге семья скупила в США много газет и, среди прочих, компанию Карнеги в сталелитейной промышленности.

По историческим справкам во время первой мировой войны богатейшим человеком Америки считался Дж.П.Морган. Однако после его смерти стало известно, что он был всего лишь слугой Ротшильдов. Как только завещание Моргана было предано огласке, раскрылось, что он владел лишь 19% своих компаний. К этому стоит добавить, что в 1815 году Джеймс Ротшильд, наследник французской ветви Ротшильдов, "стоил" 600 млн. французких франков, что на 150 млн. франков превышало капитал всех остальных банков Франции, взятых вместе. Он построил в Париже поместье под названием Фэириэй. Говорят, что когда поместье увидел Вильгельм I, то воскликнул: "Такое себе короли позволить не могут! Это может принадлежать только Ротшильду!" Другой французский исследователь XVIII века выразил свое отношение следующим образом: "В Европе существует только одна власть - это власть Ротшильдов". И в наше время нет указаний на то, что доминирующее положение Ротшильдов в финансовом мире претерпело какие-либо изменения.

6. Американская революция
В середине XVII века Британская империя была единственной сверхдержавой мира. Однако со времени создания своего частного центрального банка - Банка Англии - страна приняла участие в четырех дорогостоящих войнах. Цена такой политики оказалась чрезмерной. Чтобы финансировать военные действия, правительство по уши залезло в долги центральному банку. В результате внутренний долг британского правительства вырос до 140 млн. фунтов стерлингов, астрономической по тем временам суммы. В конечном итоге, чтобы поддерживать процентные платежи по долгам банку, правительство ухватилось за программу увеличения доходов бюджета за счет налогообложения американских колоний.

Однако со стороны колоний дело выглядело несколько иначе. Рекорд жадности частного центрального банка до сих пор никем не побит. Это Индепенденс Холл в Филадельфии, где были подписаны Декларация Независимости и Конституция США. В середине XVII столетия дореволюционная Америка была относительно бедной страной. Катастрофически не хватало монет из драгоценных металлов для поддержания торговли. Поэтому первые колонисты были вынуждены экспериментировать с выпуском своих собственных бумажных денег. Некоторые из этих попыток оказались вполне успешными.

Франклин был ярым сторонником выпуска колонистами своих денег. В 1757 году его послали в Лондон. Он прожил здесь 17 лет, почти до начала Американской революции. В течение этого времени колонисты начали выпускать свои бумажные деньги - "колониальные расписки". Эксперимент удался. Он обеспечил надежное средство обмена, а также способствовал укреплению чувства единства среди колонистов. Не забудьте, что "колониальные расписки" были всего лишь бумажными деньгами, долговыми обязательствами, выпускавшимися в общественных интересах и не обеспеченными золотом и серебром. Другими словами, они были чисто "условной" валютой.

В результате в один прекрасный день руководство Банка Англии спросило Бенджамина Франклина, как он объяснит необычный расцвет колоний. Безо всякого колебания он ответил: "Это просто. В колониях мы выпускаем собственную валюту. Она называется "колониальная расписка". Мы печатаем ее в строгом соответствии с потребностями торговли и промышленности, чтобы товары легко переходили от производителя к потребителю. Таким образом, выпуская для себя бумажные деньги, мы контролируем их покупательную способность и не заинтересованы в том, чтобы платить кому-либо еще".

Что было здравым смыслом для Франклина, оказалось невероятным открытием для Банка Англии. Америка узнала секрет денег! Этого джинна следовало как можно скорее затолкать обратно в лампу... В результате Парламент Великобритании в 1764 году выпустил "Закон о валюте". Этот закон запрещал администрации колоний эмиссию своих собственных денег и обязал их впредь платить все налоги золотыми и серебряными монетами. Другими словами, он насильно перевел колонии на золотой стандарт. Для тех, кто до сих пор верит, что решением современных экономических проблем американцев является золотой стандарт, достаточно взглянуть на то, что случилось с Америкой дальше.

В своей автобиографии Франклин писал: "Всего за один год экономические условия ухудшились настолько, что эра процветания закончилась. Наступила такая депрессия, что улицы городов заполнились безработными". Франклин уверяет, что это оказалось основной причиной Американской революции. Или, как сказано в его автобиографии: "Колонисты бы с готовностью вытерпели небольшое повышение налогов на чай и другие вещи, если бы Банк Англии не отбирал у колоний все деньги. Это провоцировало рост безработицы и народного недовольства. Неспособность колонистов забрать обратно право на выпуск своих денег из рук Георга III и международных банкиров стало первопричиной Американской освободительной войны".

Ко времени, когда в Лексингтоне, штат Массачуссетс, 19 апреля 1775 года прозвучали первые выстрелы этой войны, британская система налогообложения полностью выкачала из колоний все золотые и серебряные монеты. Как следствие - колониальное правительство для финансирования войны было вынуждено печатать бумажные деньги. В начале революции величина американской денежной массы составляла 12 млн. долларов. К ее концу она достигла 500 млн. долларов. Национальная валюта стала практически бесполезной. За 5.000 долларов можно было купить только пару башмаков.

"Колониальные расписки" работали, поскольку их выпускали ровно столько, сколько было необходимо для обеспечения торговли. Теперь же, как в свое время сокрушался Джордж Вашингтон, за телегу денег едва можно было купить телегу провизии. Сегодня сторонники обеспеченной золотом национальной валюты приводят этот период Революции как доказательство ущербности "условной" валюты. Однако не стоит забывать, что эта же валюта так прекрасно себя зарекомендовала за 20 лет до того, во время мира, что Банк Англии заставил Парламент объявить ее вне закона.

7. Банк Северной Америки
Ближе к концу Американской революции Континентальный Конгресс, собравшийся в Индепенденс Холле, Филадельфия, очень нуждался в деньгах. Поэтому в 1781 году он позволил Роберту Моррису, отвечавшему в то время за финансы, открыть частный центральный банк. Моррис был богатым человеком, ставшим еще богаче в течение революции благодаря военным поставкам. Новая организация под названием Североамериканский Банк была сделана по образу и подобию Банка Англии - ей так же разрешили производить банковские операции с частичным покрытием. то есть банк мог выдавать в кредит деньги, которыми он не располагал, а затем начислять за их пользование процент. Если бы это сделали вы или я, нас бы осудили за мошенничество.

Согласно уставу банка, частные инвесторы должны были выложить 400.000 долларов взносов в уставной капитал. Но когда Моррис не смог набрать эту сумму, он незамедлительно пустил в ход свое политическое влияние, чтобы взять кредит золотом у своих друзей-банкиров в Европе. Затем он ссудил эти деньги себе и своим друзьям, чтобы реинвестировать их в уставной капитал. И так же как и Банк Англии, новый банк приобрел монополию на выпуск национальной валюты. Связанные с этим опасности не замедлили дать о себе знать. Стоимость американской валюты продолжала снижаться. В результате в 1785 году, 4 годами позже, банковская лицензия не была продлена. Во главе сил, ратовавших за отзыв лицензии у банка, встал сенатор Уильям Линдли из Пенсильвании. Он дал объяснение проблемы следующим образом (цитирую): "Данная организация не имеет никаких принципов, кроме алчности, и никогда не изменит своего отношения ... [и не станет бороться за] увеличение процветания, власти и влияния государства".

Но стоявшие за проектом Североамериканского банка Александр Гамильтон, Роберт Моррис и президент банка Томас Уайолин - сдаваться не собирались. Всего через 6 лет Гамильтон, ставший Секретарем Казначейства, вместе со своим наставником Моррисом, протолкнул законопроект о новом частном банке через заново избранный Конгресс. Теперь он получил название Первый Банк Соединенных Штатов, и Томас Уайолин снова стал его президентом. Все осталось по-прежнему, сменилось лишь имя банка.

8. Конституционная Конвенция
В 1787 году руководители колонии собрались в Филадельфии, чтобы внести изменения в никого не устраивавший Устав Конфедерации. И Томас Джефферсон, и Джеймс Мэдисон были непримиримыми противниками частного центрального банка. Они стали свидетелями проблем, вызванных вмешательством Банка Англии, и повторения подобного не желали. Как позже выразился Джефферсон: "Если американский народ позволит частному центральному банку контролировать эмиссию своей валюты, то последний - сначала с помощью инфляции, затем дефляции банков и растущих вокруг них корпораций - лишит людей всей их собственности. И может случиться так, что однажды их дети проснутся бездомными на земле, которую завоевали их отцы".

Во время обсуждения будущей денежной системы страны другой из отцов-основателей США, Губертон Моррис, метко определил мотивы собственников Североамериканского банка. Он возглавлял Комитет, который готовил окончательный проект Конституции. Вместе со своим старым коллегой и начальником Робертом Моррисом, Губертон и Александр Гамильтон были людьми, которые в последний год революции представили Конгрессу проект плана по созданию Североамериканского банка. В письме Джеймсу Мэдисону от 2 июля 1787 года Губертон Моррис пролил свет на то, что происходит на самом деле: "Богатые постараются установить свое главенство и поработить всех остальных. Они всегда так поступали. И будут продолжать так делать... Они добьются своего здесь, как и везде, если мы, с помощью правительственных рычагов, не сдержим их в пределах их сегодняшних сфер влияния".

Несмотря на то, что Губертон Моррис не занял никакой должности в банке, Гамильтон, Роберт Моррис и Томас Уайолин сдаваться не собирались. Им удалось убедить большинство делегатов Конституционной Конвенции передать им право на выпуск бумажных денег. Благо большинство делегатов имели самые неприятные воспоминания об обесценении бумажной валюты во время революции. Они забыли, как хорошо себя зарекомендовала "Колониальная расписка" прежде. Однако Банк Англии не забыл. Менялы не могли позволить Америке снова печатать свои деньги. Поэтому в Конституции США про этот вопрос ничего не сказано. И эта прискорбная ошибка, как ими и планировалось, оставила менялам замечательную лазейку.

9. Банк Соединенных Штатов
В 1790 году, менее чем 3 года спустя после подписания Конституции, менялы снова нанесли удар. Став Первым Секретарем Казначейства, Александр Гамильтон предложил на рассмотрение Конгресса законопроект о новом частном центральном банке. По странному совпадению обстоятельств именно в этот год Анхель Ротшильд сделал следующее заявление из "флагманского" банка Ротшильдов во Франкфурте: "Дайте мне право выпускать и контролировать деньги страны - и мне будет совершенно все равно, кто издает законы". Чарльз Коллинз, современный кандидат в президенты США, отметил: "Александр Гамильтон был инструментом в руках международных банкиров. Он хотел сделать американскую банковскую систему частной - и ему это удалось". Любопытно, что после окончания юридической школы в 1782 году Гамильтон работал помощником при главе Североамериканского банка Роберте Моррисе. Как оказалось, еще за год до того Гамильтон писал Р.Моррису письмо, где были следующие слова: "Если национальный долг не слишком большой, он может стать национальным благословением". Благословением кому?

Через год бурных дебатов в 1791 году Конгресс одобрил законопроект и дал новому банку - под названием Первый Банк Соединенных Штатов - лицензию сроком на 20 лет. Банку со штаб-квартирой в Филадельфии предоставили монополию на выпуск американской валюты, несмотря на то, что 80% его акций должно было находиться во владении частных инвесторов, а 20% передано правительству США. Смысл был в том, чтобы не допустить правительство к управлению банком. Оно лишь должно было предоставить стартовый капитал держателям восьмидесяти процентов уставного фонда. Как и в случае с Североамериканским банком и с Банком Англии до него, акционеры так и не оплатили полностью свои акции. Правительство США сделало первоначальный платеж в сумме 2 млн. долларов, благодаря которому банк с помощью волшебной схемы операций с частичным покрытием выдал другим акционерам кредиты на выкуп оставшейся восьмидесятипроцентной части уставного капитала, таким образом обеспечив им абсолютно безрисковые капиталовложения. Как и с Банком Англии, имя нового учреждения было специально выбрано таким образом, чтобы скрыть его частный характер. Имена инвесторов также никогда не разглашались. Лишь через много лет достоянием общественности стал тот факт, что за идеей создания Первого Банка США стояли Ротшильды.

Конгрессу США эта идея было преподнесена как способ стабилизировать банковскую систему и покончить с инфляцией. Что случилось потом, спросите вы? В течение следующих 5 лет правительство США заняло у Банка США 8,2 млн. долларов. За этот же период уровень цен вырос на 72%. Джефферсон, занявший в то время пост Госсекретаря, не мог этому помешать - и потому смотрел на процесс заимствований с грустью и горечью: "Если бы только было можно внести в Конституцию единственную поправку, отнимающую у правительства право занимать!".

То же самое чувство испытывают миллионы американцев сегодня. Они наблюдают с беспомощностью и разочарованием, как федеральное правительство бесконечными заимствованиями уничтожает экономику. Таким образом, если второй в истории США частный центральный банк был назван Первый Банк США, эта была отнюдь не первая попытка создать американский центральный банк, принадлежащий частным лицам. И так же как в случае с Банком Англии, большую часть денег, необходимых для учреждения банка, выложило правительство, затем банкиры просто ссудили друг друга, чтобы выкупить оставшуюся часть акций. План заговора оказался очень прост. И держать его в секрете долгое время было практически невозможно.

10. Восхождение Наполеона
В 1800 году в Париже по образцу Банка Англии был организован Банк Франции. Однако Наполеон не доверял Банку Франции и принял решение, что Франция должна окончательно избавиться от долгов. Он заявил, что если правительство финансово зависит от банкиров, то страной управляет не правительство, а банкиры: "Рука, которая дает, всегда оказывается выше руки, что берет. У денег нет отчизны. У финансистов нет патриотизма и честности, их единственная цель - это чистоган".

В это время Франции подоспела неожиданная помощь со стороны Банка Америки. В 1800 году Томас Джефферсон победил Джона Адамса и стал третьим президентом США. В 1803 году Джефферсон и Наполеон заключили сделку. США предоставили Наполеону 3 млн. долларов в обмен на огромный кусок принадлежавшей французам американской территории к западу от реки Миссисипи. Сделка стала известна как "Покупка Луизианы". С помощью этих денег Наполеон быстро снарядил армию и начал распространять свое влияние по всей Европе. Однако Банк Англии сразу же решил этому воспрепятствовать. Он предоставил кредиты практически каждой стране, находившейся в стане противников Наполеона, и заработал на войне фантастические барыши. Пруссия, Австрия и Россия залезли к нему по уши в долги только для того, чтобы остановить Наполеона. Четыре года спустя, когда основной костяк наполеоновской армии находился в России, 30-летний Натан Ротшильд, глава Лондонского офиса семейного банка Ротшильдов, придумал смелый план, к ак доставить во Францию партию золота, необходимую для того, чтобы финансировать нападение на Наполеона герцога Веллингтонского из Испании. Позже на одном из деловых ужинов в Лондоне Ротшильд хвастался, что это была лучшая в его жизни сделка. Однако он еще не ведал о том, что его действительно лучшая финансовая операция впереди.

В результате натиска Веллингтона с юга и ряда военных поражений Наполеон был вынужден отречься от престола в пользу Луи XVIII. Предположительно, Наполеона сослали из Франции в пожизненную ссылку на крошечный остров Альба недалеко от итальянских берегов.

11. Гибель Первого Банка Соединенных Штатов
Покуда временно потерпевший поражение от Англии (при финансовой помощи Ротшильдов) Наполеон находился в ссылке, Америка также пыталась избавиться от своего центрального банка.

В 1811 году на рассмотрение Конгресса был предложен законопроект о возобновлении лицензии Банка Соединенных Штатов. Разгорелась горячая дискуссия, и законодатели из Пенсильвании и Вирджинии приняли резолюцию с просьбой Конгрессу об отзыве лицензии банка. Пресс-корпус того времени атаковал банк, открыто называя его жуликом, стервятником, вампиром и коброй. Таким образом, если в Америке что-то оставалось независимым, так это пресса. Конгрессмен по имени Пи Ди Портер предпринял наступление на банк с трибуны Конгресса, заявив, что если лицензия банка будет возобновлена, то Конгресс (цитирую) "...пригреет на своей груди одобренную Конституцией змею, которая рано или поздно укусит эту страну в сердце и лишит ее завоеванных свобод".

Над банком сгустились тучи. Ряд исследователей даже утверждают, что Натан Ротшильд пригрозил, что если банковская лицензия не будет возобновлена, то США навлекут на себя катастрофическую по своим последствиям войну. Но это не помогло. Когда пыль осела, обновленный законопроект оказался "зарублен" Палатой Представителей с перевесом в 1 голос и был заторможен в Сенате.

К тому времени Белым Домом заправлял четвертый американский президент, Джеймс Мэдисон. Как мы помним, Мэдисон был ярым противником частного центрального банка. Поэтому его вице-президенту, Джорджу Клинтону, удалось разрубить Гордиев узел в Сенате и отправить банк в небытие.

Всего через 5 месяцев Англия напала на США и началась война 1812 года. Но англичане одновременно воевали с Наполеоном, и потому война закончилась в 1814 году вничью. И хотя менялы на какое-то время потерпели поражение, они еще крепко держались на плаву. Им понадобилось всего 2 года, чтобы снова реанимировать свой банк, еще более мощный и влиятельный, чем прежде.

12. Битва при Ватерлоо
Вернемся к Наполеону. Ничто так наглядно не демонстрирует изобретательность Ротшильдов, как пример захвата в свои руки Британского фондового рынка после битвы при Ватерлоо. В 1815 году Наполеону удалось сбежать из ссылки и возвратиться в Париж. Для его захвата были посланы французские войска. Однако этот человек обладал такой харизмой, что вместо этого солдаты снова собрались под флаги своего бывшего военачальника и провозгласили его императором. В марте 1815 года Наполеон собрал армию, которую английскому герцогу Веллингтонскому удалось победить менее чем через 19 дней под Ватерлоо.

Ряд исследователей считают, что для перевооружения армии Наполеон занял у Банка Англии 5 млн. фунтов стерлингов. Однако на самом деле эти деньги пришли из банковского дома Губерта в Париже. Тем не менее, именно с этой исторической вехи для частных центральных банков стало обычной практикой во время войны поддерживать противостоящие друг другу стороны. Война - лучший в мире генератор долгов. Для победы в войне страна готова занять любую сумму. Поэтому предположительному неудачнику дадут взаймы ровно столько, чтобы поддерживать надежду на победу, а вероятному победителю столько, сколько необходимо для победы. Кроме того, такие кредиты обычно сопровождаются гарантией того, что победитель оплатит долги проигравшего.

Поле битвы при Ватерлоо находится приблизительно в 200 милях к северо-востоку от Парижа, на территории современной Бельгии. Здесь в 1815 году Наполеон потерпел свое окончательное поражение, заплатив за него тысячами жизней французов и англичан. Именно здесь 18 июня 1815 года 74.000 французская армия встретилась с 67.000 солдат из Великобритании и других европейских стран. Исход битвы изначально представлялся сомнительным. Однако нанеси Наполеон удар несколькими часами раньше, до подхода английского экспедиционного корпуса, он бы, вероятно, выиграл эту битву. Но независимо от предположительного исхода военных действий, Натан Ротшильд в Лондоне продолжал вынашивать планы захвата английского фондового рынка и, по возможности, Банка Англии.

Он разместил своего доверенного агента по имени Роквуд с северной стороны от поля битвы, недалеко от пролива Ла-Манш. И как только исход битвы был предрешен, Роквуд переправился через пролив и доставил Натану новости на 24 часа раньше, чем в Лондон прибыл курьер герцога Веллингтонского. Ротшильд сразу же поспешил на фондовую биржу и занял свое привычное место, рядом со старинной колонной. Все глаза были направлены на него - все знали, что у Ротшильдов непревзойденная сеть информаторов по всему миру. Если бы Веллингтон проиграл, а Наполеон победил, финансовое положение Великобритании бы стремительно пошатнулось.

Ротшильд выглядел грустным. Он стоял на своем месте без движения, с глазами, опущенными долу. Затем он внезапно начал продавать. Видя это, нервные инвесторы могли подумать, что, должно быть, битва Веллингтоном проиграна. Рынок стремительно рухнул вниз. Вскоре все продавали облигации английского правительства. Цена облигаций резко снизилась. Тогда Ротшильд через своих агентов начал их тайно скупать лишь за небольшую долю той цены, которую они имели всего час назад.

"Ох уж эти мифы и легенды!", - скажете вы. Однако через 100 лет газета "Нью-Йорк Таймз" опубликовала рассказ о том, как правнук Натана пытался убрать из книги о фондовом рынке главу с этой занимательной историей. Семья Ротшильдов назвала эту историю лживой и бездоказательной, и подала в суд. Однако суд отказал им в иске и присудил их к оплате всех судебных издержек.

Что еще более занимательно - ряд историков пишет о том, что в течение нескольких часов после битвы при Ватерлоо Натан Ротшильд захватил контроль не только над английским рынком правительственных облигаций, но и над Банком Англии. Получила ли семья Ротшильдов контроль над первым и крупнейшим в мире частным центральным банком самой могущественной державы того времени или нет, одно можно сказать с определенностью - к середине XIX века Ротшильды стали богатейшей семьей мира. Они управляли рынком правительственных долговых обязательств, открывали повсюду филиалы банков и производственные компании. Недаром остаток XIX века назван "Веком Ротшильдов".

Несмотря на свое колоссальное могущество, Ротшильды предпочитают держаться в тени. Хотя семья контролирует торговые сети, промышленные, торговые, горнорудные и туристические корпорации, только немногие из них носят имя Ротшильдов. По оценке экспертов, к концу XIX века Ротшильды владели половиной мировых богатств. Однако как бы велико ни было их состояние, разумно предположить, что с тех пор оно приросло. Тем не менее, с начала этого века Ротшильды пытаются вбить в общественное сознание мысль о том, что хотя их богатства растут, но влияние уменьшается.

13. Возвращение золотого стандарта
Как только Линкольна убрали с пути, следующей целью менял стал полный контроль над американской валютой. Однако это оказалось не так-то просто. С началом освоения американского Запада там были открыты огромные месторождения серебра. Кроме того, линкольновские "зеленые спинки" были весьма популярны в народе и вопреки непрекращающимся нападкам со стороны европейских центральных банков продолжали находиться в обращении в США. На самом деле они вышли из обращения в США всего несколько лет назад. Как пишет историк В.Клеон Скаузен: "Сразу после Гражданской войны велось много разговоров о возрождении опыта Линкольна с Конституционной денежной системой. Если бы не вмешались европейские финансовые магнаты, она безо всяких сомнений в конечном итоге стала бы официальным институтом".

Сама мысль о том, что Америка сможет печатать свои - не обремененные внешним долгом - деньги, повергла европейских центральных банкиров в шок. Они с ужасом наблюдали за тем, как в США возрастает масса "зеленых спинок". Возможно, они убили Линкольна, однако и после смерти президента поддержка его денежной политики возрастала.

12 апреля 1866 года, почти через год после гибели Линкольна, Конгресс собрался на рабочую сессию, чтобы пролоббировать интерес европейских центральных банков. В результате был одобрен Закон о сокращении денежной массы. Секретарю Казначейства было поручено начать частичное изъятие "зеленых спинок" из обращения. В своей классической книге по экономике "Войско в бумажнике" Теодор Торен и Ричард Уорнер так объясняли эффект сокращения количества денег в обращении: "Тяжелых времен, последовавших после американской Гражданской войны, могло бы и не быть, если бы продолжалась политика эмиссии "зеленых спинок", как ее задумывал президент Линкольн. Вместо этого началась череда финансовых кризисов, которые мы сейчас называем спадами. Они привели Конгресс к мысли о необходимости поставить банковскую систему под централизованный контроль. В конечном итоге 23 декабря 1913 года был выпущен Закон о Федеральном Резерве".

Другими словами, менялы добивались двух целей: возобновления работы находящегося под их полным контролем центрального банка и перевода американской денежной системы на золото. В последнем случае использовалась двоякая стратегия. Во-первых, вызвать серию финансовых кризисов, чтобы убедить народ, что только централизованное управление объемом денежной массы способно обеспечить экономическую стабильность. И, во-вторых, изъять из обращения столько денег, чтобы большая часть населения обеднела и уже не могла бы оказывать сопротивление банкирам.

В 1866 году в обращении находилось US$1,8 млрд. или US$50.46 на человека. Только в 1867 году было изъято из обращения US$0,5 млрд. Десять лет спустя, в 1877 году, объем денежной массы США был снижен до US$0,6 млрд. или US$14.60 на человека. то есть банкиры изъяли 2/3 денежной массы США. А еще через 10 лет в обращении оставалось всего US$0,4 млрд. или US$8.67 на человека, что ознаменовало сокращение покупательной способности за 20 лет на 760%! Сегодня экономисты пытаются уверить нас в том, что спады и депрессии являются неотъемлемой частью того, что они называют "деловой цикл". В реальности же объемом денежной массы страны продолжают манипулировать так, как это делалось раньше, после окончания Гражданской войны. Что же случилось? Почему денег стало так мало? Все просто - банковские кредиты были востребованы обратно, а новые перестали выдаваться. Кроме того, из денежной системы было выведено серебро.

В 1872 году Банк Англии снабдил человека по имени Эрнест Сейд 100000 фунтов стерлингов (эквивалент около 500000 долларов США) и послал его в Америку для подкупа влиятельных конгрессменов с целью вывода серебряных монет из обращения. Ему сказали, что если этих денег окажется недостаточно, то будет еще 100000 фунтов или столько, сколько понадобится.

В результате, в следующем, 1873 году Конгресс выпустил Закон о монетах - и чеканка серебряных монет прекратилась. Впоследствии член Палаты представителей Сэмюэл Губер, представивший законопроект Конгрессу, признал, что за этим документом в действительности стоял мистер Сейд. Дальше - больше. В 1874 году сам Сейд признался: "Мне поручили приехать в Америку зимой 1872-1873 гг. специально для того, чтобы по мере возможности пролоббировать прохождение через Конгресс законопроекта о прекращении хождения серебра. Это было сделано в интересах лиц, которых я представлял - управляющих Банка Англии. Поэтому в 1873 году единственным металлом в денежной системе США осталось золото".

Однако борьба за управление американской валютой была еще не окончена. Всего через 3 года, в 1876 году, когда 1/3 работоспособного населения оказалась на улице, народ заволновался. Люди начали требовать возврата "зеленых спинок" Линкольна или серебряных монет. Чего угодно, что бы увеличило количество денег в обращении.

Для изучения сути вопроса в том же году Конгресс создал Комиссию по серебру. Ее отчет прямо связал экономические трудности с сокращением денежной массы национальными банками. Этот весьма любопытный документ сравнивает последствия сокращения американской денежной массы после Гражданской войны с гибелью Римской империи:

"Катастрофический по своим последствиям развал Древнего Рима и приход Темного Средневековья был вызван снижением денег в обращении и падением цен... Без денег цивилизация существовать не может. С сокращением предложения денег она начинает угасать, и если беде не помочь, может и вовсе погибнуть... В начале первого тысячелетия металлические деньги всей Римской империи равнялись денежному эквиваленту US$1.000.000.000. К концу XV столетия денежная масса всей Европы составляла всего US$200.000.000... История не знает другого такого катастрофического спада от просвещения к варварству, чем от Римской Империи к Раннему Средневековью".

Несмотря на сигналы Комиссии по серебру, Конгресс не предпринял никаких мер. В 1877 году в США, от Питсбурга до Чикаго, начались голодные мятежи. Факелы голодающих вандалов вспыхнули до небес. В этой ситуации банкиры недолго решали, что делать, - они решили подождать еще. Теперь, когда денежная система страны до определенной степени находилась под их контролем, спешить было некуда. В том же году на собрании Американской Банковской Ассоциации (АБА) они порекомендовали всем ее членам cделать все возможное, чтобы люди и думать забыли о "зеленых спинках". Секретарь АБА Джеймс Бьюэл написал всем членам письмо с призывом подкупать не только Конгресс, но и прессу: "Желательно делать все, что в ваших силах, чтобы поддерживать те авторитетные ежедневные и еженедельные издания, особенно сельскохозяйственные и религиозные, которые будут протестовать против возрождения бумажных денег - "зеленых спинок". А также предпринять все возможное, чтобы лишить вашего покровительства издания, не желающие бороться с правительственной точкой зрения по поводу выпуска бумажных денег... Повторение трюка с выпуском банкнот или эмиссией правительством собственных денег может обеспечить народ деньгами - и поэтому серьезно подорвет нашу доходную базу как банкиров и кредиторов... Сейчас же свяжитесь с вашими знакомыми конгрессменами и заручитесь их поддержкой с тем, чтобы мы могли контролировать законодательный процесс".

В результате на Конгресс началось политическое давление с требованием изменений. В газетах открылась целая PR-кампания. Например, газета New York Tribune писала 10 января 1878 года следующее: "У нашей страны, наконец, появилась столица. Сейчас мы проверим, сможет ли Конгресс работать в поте лица". Однако ожидания банкиров не оправдались. 28 февраля 1878 года Конгресс выпустил Закон Шумана, разрешивший чеканку ограниченного количества серебряных долларов в течение последующих 5 лет. То есть полного обеспечения денег золотом еще не было, как не было и свободного хождения серебра.

Любопытно, что до 1873 года любое лицо, привезшее серебро на Американский монетный двор, могло совершенно бесплатно начеканить из него монет. Эти времена закончились. Тем не менее, какие-то деньги в экономику снова начали поступать. Поскольку их владычеству более ничего не грозило, банкиры облегчили получение кредитов, и депрессия наконец закончилась.

Через 3 года американцы избрали президентом Джеймса Гарфилда. Новый президент хорошо понимал, кто манипулирует экономикой. Будучи конгрессменом, он занимал пост Председателя Комитета по банкам и ассигнованиям. Сразу после своей инаугурации в 1881 году Гарфилд публично обвинил менял: "Тот, кто контролирует денежную массу любой страны, является полным властелином ее промышленности и торговли... А когда вы поймете, как просто вся экономическая система так или иначе контролируется несколькими влиятельными людьми, вам не понадобится объяснять, где причины депрессий и инфляций".

К несчастью, 2 июля 1881 года, всего через несколько недель после этого заявления, президент Гарфилд был убит.

14. Свободное хождение серебра
Менялы быстро наращивали свою власть. Они начали систематическую, как они это называли, "стрижку овец" с помощью создания серии экономических подъемов и следующих за ними депрессий. Таким образом они скупали тысячи домов и ферм по цене в несколько процентов от номинала. В 1891 году менялы начали готовиться обвалить американскую экономику в очередной раз. Их методы и мотивы недвусмысленно представлены в меморандуме, разосланном Американской Банковской Ассоциацией всем своим членам. Заметьте, эта записка призывала банкиров вызвать депрессию в назначенный день 3 года спустя! Приводим следующую выдержку из протоколов Конгресса США:

"После 1 сентября 1894 года мы ни под каким предлогом не будем возобновлять кредиты. Мы потребуем наши деньги назад. Мы лишим заемщиков права выкупа залога и станем его владельцами. Мы сможем заставить 2/3 фермеров к юго-западу и тысячи фермеров к востоку от Миссисипи продать свои фермы по указанной нами цене... Тогда они станут арендаторами, как это обстоит в Англии..." (меморандум АБА от 1891 года, воспроизведенный в Протоколах Конгресса США 29 апреля 1913 года).

Депрессиями можно было управлять, поскольку Америка находилась на золотом денежном стандарте. Так как золота мало, это один из товаров, которым легче всего манипулировать. Народ желал легализации серебряных денег, потому что это могло помочь избежать влияния, какое имели на золото менялы. Люди не хотели возврата к Закону о монетах 1873 года, прозванного к тому времени "Преступлением 73-го года". К 1896 году вопрос об отношении к серебряным деньгам стал основной темой президентских выборов. Уильям Брайан, сенатор от Небраски, баллотировался в президенты от демократов с программой, предполагающей свободное обращение серебра. На Национальном съезде Демократической партии 1896 года в Чикаго он выступил с эмоциональной речью, которая стала известна как "Терновый венец и золотой крест". Хотя Брайану на тот момент исполнилось всего 46 лет, эта речь считается одним из лучших образцов ораторского искусства, когда-либо произносившихся перед политической аудиторией. В драматическом заключении своей речи Брайан сказал: "Мы ответим на их требование о внедрении Золотого стандарта: вам не одеть на чело труда терновый венец, вы не распнете человечество на золотом кресте".

Банкиры щедро поддерживали республиканского кандидата Уильяма Маккинли, приветствовавшего Золотой стандарт. В результате предвыборная кампания кандидатов стала одной из самых ожесточенных президентских гонок в истории США. В то время как Брайан произнес более 600 речей в 27 штатах, сторонники Маккинли заставляли промышленников говорить своим наемным работникам, что если Брайан победит, то их фабрики и заводы закроются и работы больше не будет. Мошенники преуспели в своем начинании. Маккинли "обошел" Брайана с небольшим отрывом. Впоследствии Брайан участвовал в президентских выборах 1900 и 1908 гг., но каждый раз немного недобирал голосов. Во время съезда Демократов 1912 года Брайан оказался той влиятельной фигурой, которая помогла победить Вудро Уилсону. Став президентом, Уилсон назначил Брайана Государственным Секретарем. Однако тот вскоре разочаровался в администрации Уилсона. Прослужив на этом посту всего 2 года, он подал в отставку в 1915 году после в высшей степени подозрительного случая с затоплением парохода "Луситания", который был использован, дабы подтолкнуть Америку к участию в первой мировой войне. И хотя Уильяму Дженнингсу Брайану так и не удалось стать президентом, его усилия отсрочили планы менял по достижению их очередной цели - учреждению нового частного центрального банка в США - на целые 17 лет.

15. Джи Пи Морган и кризис 1907 года
Вскоре снова возникли условия для возврата к старой задумке менял - созданию частного центрального банка США. В начале XX века этой проблемой озаботился Джи Пи Морган. Всего одного финансового кризиса хватило бы для того, чтобы сосредоточить внимание нации на сомнительной необходимости учреждения центрального банка. Требовалось внедрить в сознание людей, что только центральный банк в состоянии предотвратить массовые разорения банков.

Морган определенно был самым влиятельным банкиром Америки и вероятным агентом Ротшильдов. Именно он финансировал империю Рокфеллеров "Стандард Ойл", железнодорожную монополию Эдрика Херемона и металлургическую Эндрю Карнеги, а также множество других компаний в самых разных отраслях промышленности. Кроме того, отец Джи Пи, Джулиус Морган, был финансовым посредником США в Великобритании. После смерти отца Джи Пи Морган взял к себе на работу его британского партнера, Эдварда Гринфелла, долгое время занимавшего пост члена Совета Директоров Банка Англии. История свидетельствует о том, что после смерти Моргана его состояние оценивалось всего в несколько миллионов долларов. А большая часть ценных бумаг, которые, как многие думали, ему принадлежали, являлась собственностью других лиц.

В 1902 году президент Рузвельт с помощью очень своевременного антимонопольного закона начал так называемое наступление на Моргана и его друзей, с целью разукрупнить промышленные монополии. На самом деле ему плохо удалось предотвратить растущую монополизацию американской экономики банкирами и их приспешниками. Например, Рузвельт как бы разбил монополию "Стандард Ойл". Однако на самом деле ничего не изменилось - она была просто поделена на 7 корпораций, руководство которыми по-прежнему принадлежало Рокфеллерам. Общественность об этом хорошо знала благодаря политическим карикатурам Томаса Неста, который называл банкиров не иначе как "денежный трест".

К 1907 году, через год после переизбрания Рузвельта, Морган решил, что настало время реанимировать идею центрального банка. Объединив финансовые усилия, Морган "со товарищи" были способны тайно спровоцировать обвал фондового рынка. В то время тысячи небольших банков по всей стране испытывали огромный недостаток в собственных средствах - благодаря принципу работы с частичным покрытием сумма резервов многих из них составляла менее 1%. Поэтому всего через несколько дней после фондового кризиса люди по всей стране бросились снимать деньги из банков. В этот момент Морган выступил перед общественностью с предложением помочь шатающейся американской экономике и "больным" банкам с помощью денег, которые он создаст "из ничего". Это было самым ужасным предложением - гораздо хуже, чем даже банковские операции с частичным покрытием. Но Конгресс его поддержал. Морган напечатал 200 млн. долларов своих не обеспеченных резервами частных денег. Он снабдил этой бумагой экономику, а часть пос лал в свои филиалы для выдачи кредитов под процент.

Его план удался. Вскоре общественность снова обрела доверие к национальной валюте. Но в результате всех этих операций денежная власть сосредоточилась в руках нескольких крупных банков. В 1908 году кризис завершился. Джи Пи Моргана как героя в Принстонском университете чествовал сам Президент США, человек по имени Вудро Уилсон, следующими словами: "Всех наших проблем можно было бы избежать, если бы мы назначили специальный комитет из 6-7 государственных мужей, таких как Джи Пи Морган, чтобы решать проблемы нашей страны".

Позже учебники по экономике будут объяснять создание Федерального Резерва как непосредственный результат кризиса 1907 года. Цитата: "После тревожной эпидемии банкротств кредитных учреждений страна раз и навсегда "насытилась" анархией неустойчивых частных банков". Однако конгрессмен-республиканец от Минессоты Чарльз Линдберг позже говорил о том, что кризис 1907 года в действительности был аферой: "Тех, кто был неугоден менялам, можно было "выдавить" из бизнеса. И люди боялись требовать изменения банковского и валютного законодательства, которое "денежный трест" формировал под себя".

Таким образом, со времени выхода Национального закона о банках 1863 года, менялы создали череду экономических подъемов и кризисов. Целью этих действий было не только лишить американский народ собственности, но и получить возможность утверждать, что национальная банковская система настолько неустойчива, что нуждается в консолидации. То есть - в создании нового центрального банка.

16. Остров Джекил
Сразу после кризиса в ответ на события 1907 года президент Теодор Рузвельт подписал постановление о создании нового органа под названием Национальная Денежная Комиссия. В ее обязанности входило изучение состояния дел в банковской системе и выработка рекомендаций Конгрессу. И конечно, Комиссия была укомплектована друзьями и коллегами Моргана. Председателем был назначен сенатор Нельсон Олдридж из Род-Айленда. Он представлял интересы богатейших банковских семей Америки, проживавших в штате Род-Айленд. Его дочь Мэри была замужем за Джоном Рокфеллером-младшим. Последние вместе прижили 5 сыновей - Джона; Нельсона, ставшего в 1974 году вице-президентом компании; Лоренса; Уитропа и Дейвида, будущего председателя Совета по Международным Отношениям Конгресса и председателя правления Chase Manhattan Bank.

Как только была создана Национальная Денежная Комиссия, сенатор Олдридж отправился в двухгодичное турне по Европе, в течение которого провел обширные консультации с частными центральными банками Англии, Франции и Германии. Общие расходы только на его вояж составили астрономическую, по тем временам, сумму $300.000. Вскоре после его возвращения, вечером 22 ноября 1910 года, некие богатые и влиятельные в Америке люди заказали сенатору Олдриджу специальный железнодорожный вагон, чтобы в обстановке строгой секретности собраться на острове Джекил, находящемся недалеко от берегов Джорджии. Вместе с группой прибыл Пол Уорберг. Инвестиционная компания Kuhn Lobben Company положила ему зарплату $5.000 в год только за то, чтобы он лоббировал создание в Америке частного центрального банка.

Партнером Уорберга в этом бизнесе был человек по имени Джейкоб Шифф, правнук того Шиффа, который некогда жил с семьей Ротшильдов во Франкфурте под одной крышей. Шифф, на чем мы подробнее остановимся позже, в это время как раз занимался "размещением" $20.000.000, переданных ему для финансирования свержения русского царя.

Характерно, что эти 3 европейских банковских семьи - Ротшильды, Уорберги и Шиффы - были, так же как и их американские партнеры - Морганы, Рокфеллеры и Олдриджи - связаны семейными узами на протяжении многих лет.

Меры по обеспечению секретности были столь строгими, что даже 7 основных участников совещания были настрого предупреждены: обращаться друг к другу можно только по имени, дабы слуги не могли узнать их по фамилиям. Гораздо позже один из участников событий, президент National Citibank of New York и представитель семьи Рокфеллеров Фрэнк Бандурлип подтвердил свою поездку на остров Джекил в номере газеты Saturday Evening Post от 9 февраля 1935:

"Как всякий заговорщик, я действовал скрытно и даже тайно. Мы понимали, что огласки просто не должно произойти. Или все наши затраченные усилия и время пропадут даром. Если бы то, что наша группа собиралась для выработки проекта закона о банках, стало достоянием общественности, у законопроекта бы просто не было шансов пройти через Конгресс".

Участники мистерии прибыли на остров Джекил, чтобы найти пути решения своей основной проблемы - как учредить свой частный центральный банк. Но были и другие вопросы, также нуждавшиеся в решении. Прежде всего, они касались быстро сокращающейся доли крупных национальных банков на американском рынке.

Во-первых, за первое десятилетие XX столетия количество банков в США удвоилось и составило 20000. Однако к 1913 году только 29% из общего числа составляли национальные банки, которые хранили 57% всех депозитов страны. Позже на страницах журнала Magazine сенатор Олдрич признал: "До ратификации Закона о банках банкиры Нью-Йорка владели резервами только этого города. Сейчас мы способны контролировать резервы всей страны". Поэтому чтобы взять всю банковскую систему под контроль, нужно было что-то предпринять. Джон Д.Рокфеллер выразился предельно точно и откровенно: "Конкуренция это грех".

Во-вторых, экономика страны настолько укрепилась, что корпорации начали финансировать расширение деятельности из собственных прибылей, вместо того чтобы брать огромные кредиты в крупных банках. За первые 10 лет нового века 70% корпоративного финансирования было произведено за счет прибылей. Другими словами, американская экономика становилась независимой от менял, и этой тенденции следовало положить конец.

Все участники совещания осознавали, что для вышеприведенных проблем следует выработать жизнеспособные решения. Однако прежде следовало решить вопрос о "связях с общественностью", то есть придумать название нового учреждения. Дискуссии по этому вопросу проходили в одном из конференц-залов отеля, известного сегодня как Jekyll Island Club Hotel. Олдрич настаивал на том, что даже слова "банк" в названии быть не должно. Уорберг хотел назвать новый закон "Законом о Национальном Резерве" или "Законом о Федеральном Резерве". Смысл заключался не только в том, чтобы создать впечатление, будто новый центральный банк не будет кредитовать банки, но и в том, чтобы скрыть его монопольное положение. Однако уверенный в своем политическом весе Олдрич настаивал на том, чтобы закон звучал как "Закон Олдрича".

Спустя 9 дней дебатов на острове Джекил группа разошлась. По ее замыслу новый центральный банк должен был быть очень похож на то, что уже было в истории США:

- он должен был получить монопольное право распоряжаться валютой США;
- он должен иметь возможность создавать деньги из "воздуха".

Вы спросите, каким образом Федеральный Резерв создает ничем не обеспеченные деньги? Вся штука в том, что он способствует их созданию. Но прежде поговорим об облигациях. С точки зрения правительства, облигации - это просто платежные обязательства. Люди покупают облигации, чтобы обеспечить себе фиксированный процент на вложенные средства. По окончании срока размещения правительство погашает номинал облигации, выплачивает процент по рыночному курсу и данный выпуск прекращает свое существование. В настоящий момент в обращении в США таких облигаций находится на сумму около $3,6 миллиардов.

А сейчас давайте наглядно представим себе процесс "производства" денег Федеральным Резервом:

Этап 1. Федеральный Комитет США по открытому рынку дает "добро" на покупку облигаций правительства США на открытом рынке.

Этап 2. Федеральный Резерв скупает облигации на открытом рынке у всех, кто хочет их предложить.

Этап 3. Федеральный Резерв оплачивает покупку электронным перечислением на банк продавца. Эти средства создаются из "ниоткуда". Весь секрет в том, что они возникают просто как записи по счетам.

Этап 4. Коммерческие банки используют эти средства в качестве своих резервов. Они имеют право выдать под их обеспечение новых кредитов на сумму, более чем в 10 раз превышающую сумму резервов, а также начислить за их пользование процент.

Таким образом, покупка Федеральным Резервом облигаций, скажем, на $1.000.000, превращается в сумму более $10.000.000 на банковских счетах. то есть Федеральный Резерв печатает 10% совершенно новых денег, а остальные 90% создаются банками. Чтобы уменьшить денежную массу в национальной экономике, производится обратная манипуляция - Федеральный Резерв продает облигации на рынке и деньги перекочевывают обратно со счетов местных банков в Федеральный Резерв. Соответственно количество кредитных средств уменьшается на сумму, в 10 раз превышающую сумму купленных частными лицами облигаций. Таким образом выходит, что продажа облигаций на сумму $1.000.000 снижает денежную массу в обращении на $10.000.000.

Но давайте попробуем разобраться, в чем заключался интерес банкиров, чьи представители устроили тайную встречу на острове Джекил:

1. Новый закон направил банковскую реформу в абсолютно ложном направлении. Он поставил заслон возвращению механизма финансирования правительственных расходов не обремененными долгом "зелеными спинками" Линкольна. Основанный на выпуске облигаций механизм финансирования расходов бюджета, навязанный Линкольну уже после создания "зеленых спинок", приобрел силу закона.

2. Он дал банкирам право на создание 90% американских денег, основанных лишь на частичном обеспечении, которые они выдают в кредит под процент, еще более увеличивая объем необеспеченной резервами денежной массы.

3. Он сосредоточил управление всей денежной массой страны в руках горстки избранных.

4. Он создал центральный банк, практически неподвластный эффективному политическому контролю.

Вскоре после создания Федерального Резерва именно инициированное им сильное сокращение денежной массы вызвало Великую Депрессию. С тех пор независимость центрального банка еще более возросла благодаря выпущенным в расширение "Закона о Федеральном Резерве" законодательным актам.

Чтобы создать для широкой общественности видимость того, что правительство сохраняет контроль над Федеральным Резервом, в плане банкиров предусматривалось, что им будет управлять совет директоров, назначаемый президентом и ратифицируемый Сенатом. Банкирам оставалось только заручиться поддержкой людей, влияющих на назначение совета директоров. Это оказалось несложно - ведь банкиры владеют деньгами, а на деньги можно купить благосклонность политиков.

Между тем, после памятной встречи на острове Джекил банкиры всерьез принялись за "связи с общественностью". Крупные нью-йоркские банкиры совместно учредили фонд размером в $5.000.000 для того, чтобы "помочь" профессорам известных университетов теоретически обосновать создание нового банка. Одним из первых апологетов Федерального Резерва стал сам президент Вудро Вильсон, выступивший с хвалебной речью в Принстоне. Однако задумка банкиров не сработала. Олдрич был вскоре изобличен как агент банкиров. Законопроект был признан выгодным только "Денежному тресту". Конгрессмен Линдберг во время прений в Конгрессе изложил свою точку зрения следующим образом:

"План Олдрича создан на Уолл-стрите. Он значит, что если понадобится держать людей в страхе, будет вызван новый кризис. Правительство платит Олдричу за то, чтобы он представлял интересы народа. Вместо этого он предлагает план, направленный на интересы денежных монополий".

Очевидно, что не имей оно уверенности на победу в Конгрессе, руководство республиканской партии никогда бы не предложило законопроект на голосование. Тогда банкиры спокойно перешли к плану #2 - аналогичному предложению со стороны демократов. Они начали финансировать Вудро Вильсона в качестве своего избранника в стане демократов. Как объясняет известный историк Джеймс Перфофф, следить за "должным образованием" Уилсона был поставлен финансист с Уолл-стрита Дональд Барух. Он привел Уилсона в штаб демократов в Нью-Йорке в 1912 году, как "бычка на веревочке". "Уилсон получил курс "промывания мозгов" от собравшихся там политических лидеров..."(Джеймс Перфофф).

После этого мизансцена для запланированной постановки уже была создана. Менялы снова были готовы к учреждению своего частного центрального банка. Ведь ущерб, нанесенный 76 годами ранее действиями президента Эндрю Джексона, был лишь частично возмещен во времена Гражданской войны принятием "Закона о национальных банках". С тех пор в течение десятилетий велась неустанная борьба за восстановление своих позиций. Сторонники Джексона, приветствовавшие "зеленые спинки", должны были стать яростными союзниками Уильяма Дженнингса Брайана. Эти противники менял во главе с Брайаном при помощи Баруха были склонены в пользу демократа Уилсона. Однако всех их вскоре предали.

17. Закон о Федеральном Резерве 1913 года
Во время президентской кампании демократы тщательно притворялись противниками законопроекта, предложенного Олдричем. Как сказал 20 лет спустя член Палаты представителей Луи Макфедден, сам демократ и бывший председатель Комитета по банкам и валюте:

"Законопроект Олдрича был отвергнут в своей основе после избрания президентом Вудро Уилсона. Лица, стоявшие во главе партии демократов, обещали людям в случае своего возвращения к власти, что пока они у власти, центральному банку не бывать.

Через 13 (!) месяцев обещание было нарушено и администрация Уилсона при активном участии самых зловещих фигур с Уолл-стрита учредила в нашей свободной стране траченную молью организацию монархического "Королевского" типа, дабы держать под контролем всю страну сверху донизу и эксплуатировать нас от колыбели и до гроба".

Вскоре после избрания Уилсона, "Морган, Уорберг, Барух и компания" начали реализацию другого плана, названного Уорбергом "Федеральная резервная система". Демократическая верхушка приветствовала новый законопроект, прозванный Glass Owen Bill, как нечто радикально отличающееся от законопроекта Олдрича. На самом деле этот документ по всем существенным деталям был практически идентичен предыдущему. Заявления демократов оказались столь категоричны, что Пол Уорберг, "родитель" обоих законопроектов, был вынужден выступить с обращением к своим купленным друзьям в Конгрессе с заверением в том, что оба документа практически одинаковы:

"Если отмести чисто внешние различия, затрагивающие только "шелуху", мы обнаружим, что "зерна" обеих предлагаемых систем очень похожи и логически взаимосвязаны".

Однако это признание предназначалось лишь для частных ушей. Публично "Денежный трест" в лице в лице сенатора Олдрича и Фрэнка Бандурлипа, президента принадлежавшего Рокфеллерам National Citibank of New York (и одного из участников исторической встречи на острове Джекил), выступил против Федеральной резервной системы. Тем не менее, годы спустя Бандурлип признался газете Saturday Evening Post, что эти два документа ничем друг от друга не отличались:

"Хотя законопроект о Федеральном резерве, предложенный Олдричем, был отвергнут, все самые важные его моменты сохранились в окончательно одобренном варианте".

Когда Конгресс подошел к голосованию по поводу законопроекта, для консультаций вызвали юриста из Огайо Альфреда Кроузера. Последний четко представлял родственный характер обоих документов: "Данный законопроект... облекает в букву закона то, к чему последние 25 лет стремились Уолл-стрит и крупные банки - частный, а не общественный контроль над национальной валютой. Поскольку Glass Owen Bill может с этим справиться так же хорошо, как и законопроект Олдрича, то оба документа в случае их реализации отбирают у правительства и народа всякий эффективный механизм контроля над общественными деньгами и передают банкам исключительное и чреватое опасностью право делать национальную денежную массу недостаточной или избыточной".

Во время парламентских прений по данному вопросу, сенаторы жаловались, что банки пытаются использовать свою финансовую власть для того, чтобы повлиять на исход обсуждений. "В этой стране есть банкиры, являющиеся врагами общественного блага", - сказал по этому поводу один из сенаторов. Кто же стоял за этими действиями? Вопреки всем обвинениям в обмане и коррупции, законопроект был в конечном итоге одобрен Сенатом 22 декабря 1912 года. Это случилось после того, как большинство сенаторов удалились на Рождественские каникулы, получив от политического руководства заверения, что все решения будут приниматься только после Нового года.

В день одобрения законопроекта конгрессмен Линдберг выступил с эмоциональной речью, предупреждая сограждан о том, что "этот закон учреждает самую большую монополию на Земле. Подписанный президентом законопроект легализует невидимое правительство Власти Денег. Люди могут этого сразу не разобрать, но судный день отодвигается лишь на несколько лет... Этим законом реализуется тягчайшее в истории США преступление законодательной власти".

Сверх того, всего несколькими неделями ранее Конгресс окончательно одобрил законопроект о подоходном налоге. Причем тут это, спросите вы? Потому что в результате банкиры выстроили систему, способную генерировать практически неограниченный долг федерального правительства. Но как выплачивать процент по этому долгу? Об основной сумме упоминать не стоит. Как вы помните, частный центральный банк способен создавать деньги из ниоткуда.

В те времена федеральное правительство было небольшим. И после принятия вышеуказанного закона единственным источником поступлений в бюджет оставались тарифы и акцизы. Теперь же, как это в свое время происходило с Банком Англии, процентные платежи обеспечивались прямым налогообложением граждан. Менялы понимали, что если им придется полагаться только на взносы штатов, в конечном итоге законодатели штатов взбунтуются и либо откажутся платить процент за пользование своими же деньгами либо окажут политическое давление на правительство с целью снижения суммы долга.

Любопытно, что в 1895 году Верховный Суд США признал подобный подоходный налог неконституционным. По той же причине в 1909 году он отверг даже закон о налоге на прибыль корпораций. В конечном итоге сенатор Олдрич поспешил предложить Сенату внести в конституцию поправку, которая бы позволила ратифицировать подоходный налог. Менялы попытались внести в Конституцию т.н. "16-ю поправку", текст которой затем был предложен на рассмотрение законодателям штатов. Критики поправки утверждают, что она так и не была ратифицирована необходимым количеством голосов региональных законодателей.

Однако менялы и не собирались обсуждать окончательный вариант. К октябрю 1913 года сенатор Олдрич смог быстро провести Закон о подоходном налоге через Конгресс. Без права прямого налогообложения американских граждан в обход мнения штатов Закон о Федеральном резерве был бы далеко не так выгоден тем, кто стремился сильнее загнать Америку в долги.

Через год после выхода "Закона о Федеральном Резерве" конгрессмен Линдберг объяснил, каким образом эта организация создает т.н. "деловой цикл" и использует его в своих интересах:

- "Чтобы поднять цены, все, что требуется от Федерального Резерва - это снизить учетную ставку. Вследствие чего происходит прилив в экономику кредитных средств и бум на фондовом рынке. Затем, когда... бизнесмены привыкают к данным условиям, Федеральный Резерв может оборвать их кажущееся процветание внезапным повышением учетных ставок".

- "С помощью политики учетных ставок он может раскачивать рынок взад-вперед или вызывать резкие изменения в экономике резким повышением разницы ставок. В любом случае Федеральный Резерв будет обладать внутренней информацией о грядущих изменениях финансовой политики и заблаговременно знать о будущих изменениях, как в сторону улучшения, так и ухудшения финансовой конъюнктуры".

- "Эта странная, но наиболее опасная синекура, когда-либо дававшаяся на откуп особому привилегированному классу людей каким-либо из правительств в истории человечества".

- "Это частная организация, управляющаяся с единственной целью получения максимальной прибыли от денег, принадлежащих другим".

- "Они знают заранее, когда выгоднее вызвать финансовый кризис. Им также известно, когда его нужно остановить. Как инфляция, так и дефляция хороши, когда контролируешь финансы".

Конгрессмен Линдберг оказался прав по всем пунктам. Только он не понимал, что большинство европейских наций уже пали жертвой своих центральных банкиров десятки или даже сотни лет назад. Но ему удалось подметить интересный факт: "Федеральный Резерв уже захватил рынок золота и золотых сертификатов".

Однако Линдберг был не единственным критиком Федерального Резерва. Луи Макфедден, бывший в 1920-1931 гг. председателем Комитета по банкам и валюте Палаты представителей, отметил, что Федеральный резерв "создал сверх-государство, управляемое международными банкирами и промышленниками, объединившимися для того, чтобы поработить мир ради собственной прибыли".

Заметьте, как точно Макфедден разглядел международный характер акционеров Федерального Резерва. Райт Патман из штата Техас, другой председатель Комитета по банкам и валюте Палаты представителей в 60-е годы, сказал следующее:

"В современных Соединенных Штатах на самом деле 2 правительства... Есть установленное законом правительство... и существует независимое, неподконтрольное и не поддающееся координации правительство в виде Федерального Резерва, отправляющее денежную власть, закрепленную Конституцией за Конгрессом".

Даже изобретатель электричества Томас Эдисон был солидарен с критикой системы Федерального Резерва:

- "Если наше государство может эмитировать облигаций на 1 доллар, то оно может выпустить и аналогичную банкноту. Фактор, делающий привлекательным облигацию, делает привлекательным и банкноту. Разница между облигацией и банкнотой в том, что облигация позволяет финансовым брокерам зарабатывать вдвое больше стоимости облигации и еще 20% процентов сверху, тогда как при использовании валюты доход приносят только прямые вложения в полезное дело".

- "Было бы абсурдным утверждать, что наша страна может выпустить на $30 млн. облигаций и не в состоянии выпустить $30 млн. банкнот. Оба финансовых инструмента являются платежными обязательствами, однако один выгоден ростовщикам, а второй помогает людям".

Через 3 года после выхода "Закона о Федеральном Резерве" даже у президента Уилсона появились сомнения о том, что какого джинна он выпустил на волю во время своего первого срока:

- "Мы приобрели одно из самых неуправляемых и самых зависимых правительств в цивилизованном мире. Это больше не правительство свободы выражения мнений, не правительство, отражающее волю большинства, а правительство, навязывающее нам решения горстки "сильных мира сего".

- "Некоторые из самых влиятельных в Соединенных Штатах людей в сфере торговли и производства чего-то боятся. Они чувствуют, что существует некая власть, столь организованная, столь тайная, столь вездесущая, столь мощная и всеобъемлющая, что даже если они имеют что-то против, то лучше держать свои мысли при себе"

Перед своей смертью в 1924 году президент Уилсон понял, какой вред он нанес Америке. Вот его признание: "Я ненамеренно разрушил свое правительство".

Таким образом, менялы, которые делают барыши на манипуляциях с количеством денег в обращении, получили свой частный центральный банк в США. Крупнейшие газеты, также принадлежавшие им, приветствовали ратификацию "Закона о Федеральном Резерве" 1913 года. Они заявляли широкой публике, что "теперь депрессии можно будет научно предотвращать". На самом же деле некто получил возможность депрессии научно создавать!

Вскоре после Первой мировой войны начал проясняться политический курс менял. Поскольку теперь они контролировали экономики отдельных стран, следующим шагом закономерно должна была стать окончательная форма консолидации - всемирное правительство.

Предложение о создании нового всемирного правительства стало основным вопросом повестки дня Конференции о мире, созванной в Париже после окончания Первой мировой войны. Оно получило название Лига Наций. Однако к неудовольствию Пола Уорберга и Бернарда Баруха, приехавших на конференцию в качестве сопровождающих президента Уилсона, мир еще был не готов поступиться национальными границами. Национализм до сих пор оставался серьезным фактором, препятствующим глобализации.

Например, лорд Керзон, британский международный секретарь, назвал Лигу Наций не иначе как "славной шуткой". При всем том поддержка новой организации находилась в курсе внешней политики правительства Великобритании. К унижению президента Уилсона, Конгресс США также не ратифицировал вступление США в Лигу Наций. Несмотря на то, что в Лигу Наций вступило множество государств, без денежной подпитки американского Казначейства эта организация была обречена.

После мировой войны американская общественность начала уставать от интернационалистских амбиций демократа Вудро Уилсона. Поэтому на выборах 1920 года сокрушительную победу одержал республиканец Уоррен Хардинг, набрав более 60% голосов. Хардинг был яростным противником как большевизма, так и Лиги Наций. Его избрание открыло 20-летнюю эру правления республиканцев в Белом Доме, известную под именем "бурлящие двадцатые".

Вопреки тому, что Первая мировая принесла Америке задолженность, в 10 раз превышающую долг, возникший в результате Гражданской войны, американская экономика находилась на подъеме. Во время мировой войны в страну широким потоком полилось иностранное золото. Эта тенденция сохранилась и позже. В начале 20-х годов управляющий Federal Reserve Bank of New York Бенджамин Стронг часто встречался со скрытным и эксцентричным управляющим Банка Англии Монтэгю Норманом. Норман стремился возвратить Англии золото, переданное США во время войны. И таким образом вернуть Банку Англии его прежнее доминирующее положение в финансовом мире. Кроме того, имея большой золотой запас, Америка со своей экономикой могла снова вырваться из-под контроля, как это уже было после Гражданской войны.

В течение последующих 8 лет при администрациях Хардинга и Кулиджа созданный во время войны огромный долг федерального правительства был снижен на 38% до суммы $16 млрд. Рекордное в истории США сокращение задолженности! Во время выборов 1920 года Хардинг и Кулидж выступали единым фронтом против Джеймса Кокса, губернатора штата Огайо, и малоизвестного в то время Франклина Рузвельта, прежде уже занимавшего пост помощника президента Уилсона по военно-морскому флоту.

После своей инаугурации Хардинг предпринял меры для того, чтобы официально похоронить Лигу Наций. Затем он поспешил понизить налоги за счет беспрецедентного повышения тарифов. Казалось бы, именно о такой политике мечтали отцы-основатели США. На второй год своего правления Хардинг предпринял поездку поездом на запад страны и внезапно скончался. Хотя никакого вскрытия не производилось, в качестве установленной причины смерти были признаны пневмония или пищевое отравление.

Когда бразды правления взял в свои руки президент Кулидж, он продолжил внутреннюю политику Хардинга, направленную на высокие импортные тарифы при сокращении подоходных налогов. В результате экономика стала расти такими темпами, что чистый национальный доход продолжал увеличиваться. И это с точки зрения определенных кругов было абсолютно недопустимо. Поэтому, как и прежде, менялы решили, что настало время устроить американской экономике кризис. Федеральный Резерв начал накачивать страну деньгами. Денежная масса была увеличена на 62%.

Перед своей смертью в 1910 году бывший президент Теодор Рузвельт предупреждал американцев о том, что происходит. Как писала 27 марта 1922 года газета New York Times, Рузвельт сказал:

"Международные банкиры и лица, лоббирующие интересы Рокфеллеров и треста Standard Oil, контролируют большинство газет для того, чтобы призвать к повиновению или заставить покинуть госслужбу тех людей, которые отказываются слушаться могущественной коррумпированной клики, являющейся нашим невидимым правительством".

Всего за день до этой публикации мэр Нью-Йорка Джон Хайлэн цитировал слова Рузвельта и обличал тех, кто, по его мнению, захватывает управление Америкой, политическим процессом страны и прессой:

"Предупреждение Теодора Рузвельта сейчас кажется крайне своевременным, поскольку действительным бичом нашего республиканского строя является невидимое правительство, которое, как гигантский осьминог, простирает свои скользкие щупальца на города, государство и всю страну... Оно захватывает своими мощными присосками наши исполнительные и законодательные органы, школы, суды, газеты и любой государственный орган, созданный для защиты общественного блага... Дабы избежать беспочвенных обобщений, достаточно сказать, что во главе этого спрута находятся мощные банковские дома, обычно упоминаемые как международные банкиры... Эти международные банкиры и лица, преследующие интересы Рокфеллеров и Standard Oil, контролируют большую часть газет и журналов в нашей стране" (New York Times, 26 марта 1922 года).

Так почему люди не прислушались к столь серьезным предупреждениям и почему в Конгрессе того времени не воспротивились "Закону о Федеральном Резерве" 1913 года? Потому что, как вы помните, это были 20-е годы. Стабильное расширение банковского кредитования способствовало росту рынка. Во времена процветания никто не хочет задумываться об экономических проблемах. Однако существовала и обратная сторона этого процветания.
Расширение и укрепление предприятий происходило исключительно на кредитные средства. На раздувающемся фондовом рынке буйно расцвели спекуляции.

Как только условия "созрели", в апреле 1929 года крестный отец Федерального Резерва Пол Уорберг разослал своим друзьям секретный циркуляр с предупреждением о грядущем кризисе и депрессии по всей стране. В августе 1929 года Федеральный Резерв начал сокращать объем денег в обращении.

Поэтому не является совпадением, что биографии всех воротил Уолл Стрита того времени - Джона Рокфеллера, Джи Пи Моргана, Джозефа Кеннеди, Бернарда Баруха и иже с ними - содержат упоминание о том, что они успели закрыть свои позиции по сделкам с ценными бумагами до обвала рынка и вложили все активы и наличные денежные средства в золото.

24 октября 1929 года крупные нью-йоркские банкиры начали выдавать брокерам кредиты только до востребования с условием погашения в 24 часа. Это значило, что и фондовым брокерам, и их клиентам приходилось "сливать" свои акции на рынке по любой цене, чтобы вернуть кредиты. В результате рынок рухнул. Этот день вошел в американскую историю как "Черный четверг".

По сведениям Джона Кеннета Гейлбрейта, исследователя времен Великой Депрессии, в самый разгар безудержных продаж на рынке Бернард Барух привел на галерею для посетителей Нью-йоркской Фондовой Биржи Уинстона Черчилля. Целью данного шага было показать Черчиллю биржевую панику и похвастаться своей властью над разыгрывавшимися в торговом зале дикими событиями. В то же время конгрессмен Луис Макфедден знал, кто является их виновником. Он обвинил в организации кризиса Федеральный Резерв и международных банкиров: "Это не случайность, а тщательно спланированное событие... Международные банкиры стремились создать обстановку такого отчаяния, чтобы стать повелителями всех нас". Но Макфедден зашел в своих действиях гораздо дальше. Он открыто обвинил менял в организации кризиса для того, чтобы украсть принадлежащее Америке золото. В феврале 1931 года, в разгар депрессии, он заявил: "Думаю, никто не станет спорить с тем, что государственные деятели и финансисты Европы готовы пойти на вс е, чтобы скорее вернуть золото, переданное Америке во время Первой мировой войны".

В течение считанных недель рынок потерял 3 миллиарда долларов. За год рынок сократился на 40 млрд. долларов. Но пропали ли эти деньги на самом деле? Или они сосредоточились в руках отдельной группы лиц? Для примера можно сказать, что состояние Джозефа Кеннеди выросло с $4 млн. в 1929 г. до $100 млн. в 1935 г.

Любопытно, что в это время предпринял Федеральный Резерв - вместо того, чтобы спасать экономику, быстро понизив учетную ставку, он продолжал упрямо сокращать денежную массу, еще более усугубляя депрессию. Вследствие чего между 1929 г. и 1933 г. объем денег в обращении сократился на 33%.

Хотя большинство американцев никогда не слышали о том, что Великую Депрессию вызвал Федеральный Резерв, это хорошо известно в среде крупных экономистов. Например, Элифрон Фридман, лауреат Нобелевской премии из Стэнфордского университета, сказал в интервью NPR в январе 1996 года буквально следующее:

"Федеральный Резерв определенно вызвал Великую Депрессию, сократив объем денег в обращении с 1929 г. по 1933 г. на одну треть".

При всем том американские деньги уходили и за рубеж. Пока президент Гувер героически пытался спасти банки и жизненно важные предприятия, пока миллионы американцев по мере углубления депрессии все более голодали, миллионы американских долларов были потрачены на восстановление Германии, пострадавшей во время Первой мировой войны.

За 8 лет до оккупации Гитлером Польши член Палаты представителей Луи Макфедден предупреждал Конгресс о том, что налогоплательщики платят за укрепление Гитлера у власти:

"Международные банкиры субсидируют современное германское правительство. Они помогли Адольфу Гитлеру получить долларовый кредит, все до цента которого было потрачено на то, чтобы компания по продвижению Гитлера к власти создала угрозу правительству Брюнинга... Управляющие Федерального Резерва накачали в Германию столько миллиардов долларов, что стесняются назвать общую сумму".

В последний год своего президентства Гувер отчаянно пытался реализовать план по оздоровлению банковской системы. Однако план не удался, потому как для принятия решения в Конгрессе было необходимо заручиться поддержкой демократического большинства.

В результате президентских выборов 1932 года хозяином Белого Дома стал Франклин Делано Рузвельт. Как только он занял свой пост, были срочно предприняты чрезвычайные меры по выводу банковской системы из кризиса. Однако они привели ни к чему иному, как усилению контроля Федерального Резерва над денежным обращением. Только после этого Федеральный Резерв начал "развязывать кошелек" и подпитывать голодающий американский народ новыми деньгами.

Первое время своего президентства Рузвельт атаковал менял как виновников депрессии. Верьте или не верьте, но вот слова, сказанные им 4 марта 1933 года в обращении к народу по поводу инаугурации:

"Нечистоплотные действия менял заклеймлены судом общественного мнения, они противны сердцу и разуму народа... Менялы подлежат смещению с пьедестала, который занимают в храме нашей цивилизации".

Однако 2 года спустя Рузвельт сделал банковский выходной и приказал закрыть все банки. После чего частное владение золотыми слитками и монетами, за исключением коллекционных, было объявлено незаконным. Большая часть золота, находившаяся в то время в руках средних американцев, была в форме золотых монет. Новый закон на самом деле означал ничто иное, как конфискацию. Нарушителям грозило 10-летнее тюремное заключение и штраф $10.000, эквивалент $100.000 сегодня. Некоторые люди не верили в указание Рузвельта. А многие разрывались между желанием сохранить заработанное тяжким трудом и лояльностью к правительству.

Тем, кто сдал свое золото, выплачивалась фиксированная цена в $20,66 за унцию. Эта конфискационная мера была столь непопулярна, что никто в правительстве не взял на себя смелость признаться в авторстве. На церемонии подписания постановления Рузвельт недвусмысленно объяснил всем присутствующим, что автором документа является не он, и он его даже не читал. Секретарь Казначейства также заявил, что не был ознакомлен с документом, лишь добавив, что на этой мере "настаивали эксперты".

Рузвельт убеждал общественность расстаться со своим золотом, говоря, что "консолидация ресурсов страны необходима, чтобы вывести Америку из депрессии". С большой помпой было объявлено о создании национального хранилища золота, где бы концентрировались все богатства, конфискованные у своего народа новым правительством США. К 1936 году строительство нового национального хранилища в Форт-Ноксе было завершено, и в январе 1937 года туда начало поступать золото. Ограбление века близилось к своему завершению.

В 1935 году, как только золото было собрано, официальную цену золота резко повысили до $35 за унцию. Однако по новой, более высокой цене, продавать золото имели право только иностранцы. Менялы же, заранее получившие предупреждение о грядущем кризисе от Уорберга, скупившие золото по цене $20,66 за унцию, а затем вывезшие его в Лондон, имели возможность вернуть его обратно и продать американскому правительству по цене $35 за унцию.
Хранилище Форт-Нокс находится почти в центре военного городка Форт-Нокс в 30 милях к юго-востоку от Луивилля, штат Кентукки. Это столь закрытое заведение, что до сих пор ни один посторонний не был допущен внутрь, несмотря на то, что конгрессмены из года в год строчат письма с просьбой допустить сюда съемочную группу.

Когда 13 января 1937 года золото начало сюда поступать, были приняты беспрецедентные меры безопасности. Тысячи официально приглашенных лиц наблюдали за прибытием поезда из 9 вагонов из Филадельфии в сопровождении вооруженных солдат, почтовых инспекторов, секретных агентов и охранников с американского монетного двора. Все выглядело как огромная театральная постановка - собранное со всей Америки золото сосредотачивалось в одном месте, предположительно, для пользы общества. Затем его заперли в Форт-Ноксе. Однако вскоре вся эта безопасность пойдет прахом из-за действий самого правительства.

После этого был готов плацдарм для еще одной великой войны. Такой войны, которая бы раздула государственный долг ее участников до размеров, несравнимых с долгом, оставленным Первой Мировой. Для сравнения достаточно сказать, что за один 1944 год национальный доход США составил $183 млрд., из которых $103 млрд. было потрачено на войну. Это в 30 раз превосходило темпы расходов, достигнутые во время Первой Мировой. На самом деле американский налогоплательщик оплатил 55% всех расходов Второй Мировой войны. Но, что не менее важно, практически каждая страна, вовлеченная в эту войну, многократно увеличила свой долг.

Например, в США долг федерального правительства вырос с $43 млрд. в 1940 г. до $257 млрд. в 1950 г. - увеличение на 598%. За тот же период долг Японии увеличился на 1348%, Франции - на 583%, Канады - на 417%.

После войны мир разделился на два экономических лагеря - страны с коммунистической командной экономикой с одной стороны и страны с монопольным капитализмом с другой. Причем оба устремились в соревнование по бесконечной и приносящей (подрядчикам и финансистам) огромные прибыли гонке вооружений. Вследствие чего для центральных банкиров настало время приступить к состоящему из трех этапов плану по централизации экономических систем всего мира и созданию мирового правительства, то есть учредить новый мировой порядок. План включал в себя следующие фазы:

1. Управление национальных экономик центральными банками по всему миру

2. Централизация региональных экономик через создание таких организаций, как Европейская Денежная Система, региональные торговые союзы, напр. НАФТА Североамериканская ассоциация по свободной торговле.

3. Централизация мировой экономики с помощью международного центрального банка, создание общих денег при отмене всех тарифов с помощью таких объединений как ГАТТ (Всеобщее соглашение о тарифах и торговле).

Первый этап был завершен уже много лет назад. Этапы 2 и 3 уже достаточно близки к своему завершению. А что происходит с золотом? Крупнейшим среди центральных банков держателем золота является МВФ. Он совместно с национальными центральными банками владеет 2/3 мирового золотого запаса, что позволяет манипулировать рынком золота.

Помните "золотое" правило менял - "Тот, кто контролирует золото, определяет правила игры". Но до того, как мы подойдем к способами решения наших проблем, давайте посмотрим, что же случилось с запасами золота в Форт-Ноксе. Потому что, если американцы не поймут, что его украли, то в случае возникновения нового кризиса снова пойдут по ложному пути - пути поддержки обеспеченной золотом национальной валюты.

Большинство американцев до сих пор уверено, что золото находится в Форт-Ноксе. В конце Второй Мировой войны здесь хранилось 700 млн. унций золота, или 70% всего мирового запаса. Огромная сумма! Сколько его там сейчас, не знает никто. Несмотря на то, что федеральное законодательство требует ежегодной инвентаризации золота в хранилищах Форт-Нокса, Казначейство постоянно отказывает в ее проведении. Последняя достоверная инвентаризация средств проводилась здесь при президенте Эйзенхауэре в 1953 году.

Так куда ушло золото из Форт-Нокса? В течение многих лет его продавали международным менялам по цене $35 за унцию. Вспомните, все это время коренные американцы не имели права скупать золото из Форт-Нокса. Хотя как-то произошла некрасивая история - группа Firestone создала ряд подставных корпораций для скупки золота и перевода его в Швейцарию, не покидая пределов США. Однако все они в конечном итоге попали под суд и были осуждены.

К 1971 году все золото было секретно перевезено из Форт-Нокса в Лондон. Как только это произошло, президент Никсон аннулировал подписанный Рузвельтом "Закон о золотом резерве" 1934 года, что позволило американцам снова иметь золото в собственности.

Как следствие, цены на золото начали стремительно расти. Через 9 лет золото продавалось уже по цене $808 за унцию, то есть в 25 раз больше цены, по которой оно "уходило" из Форт-Нокса. Кто-то может подумать, что правительство тут же призвали к ответу по поводу происходящего в стране. Ведь была разграблена самая большая сокровищница в мире. Ничего подобного!

По сравнению с размахом этой аферы, описываемое в сюжете фильма "Золотой глаз" из сериала о Джеймсе Бонде - лишь детский лепет. Любопытно, что Ян Флеминг, автор знаменитой шпионской саги, в свое время руководил британской военной контрразведкой МИ-5. Некоторые источники в разведывательном сообществе верят, что многое из того, о чем писал Флеминг, сделано в виде предупреждения, как это практикуется писателями.

Если рассматривать вывоз золотого запаса из Фрот-Нокса как преднамеренную акцию Казначейства США, то такая операция могла занять целые годы. То есть почти 40 лет - вполне достаточное время, чтобы понять, что происходит и постараться это предотвратить.

А сейчас о том, как вскрылась некрасивая история с Форт-Ноксом. Все началось со статьи в одной из нью-йоркских газет в 1974 году. В статье было написано о том, как Рокфеллеры использовали Федеральный Резерв для того, чтобы заработать на продаже золотого запаса США анонимным европейским спекулянтам. Через 3 дня после публикации анонимный источник информации в лице 69-летней Луизы Бойер разбился насмерть, "случайно" выпав из окна своей нью-йоркской квартиры на 10 этаже. Откуда миссис Бойер узнала о взаимосвязи Рокфеллера с утечкой золота из Форт-Нокса? Очень просто - эта дама долгое время служила секретарем Нельсона Рокфеллера.

Следующие 14 лет разгадке секрета золота из Форт-Нокса посвятил Эндрю Элм, промышленник из Огайо. Он написал тысячи писем более 1000 правительственных и банковских чиновников, пытаясь узнать правду, сколько там золота и куда девалось остальное.

Эдит Рузвельт, внучка президента Теодора Рузвельта, ставила под вопрос действия правительства в мартовском 1975 года выпуске газеты New Hampshire Sunday News:

"Догадки о том, что золота в хранилищах Форт-Нокса нет, уже широко обсуждались европейскими финансовыми кругами. Но администрация президента, что подозрительно, не торопится выступить с заявлением о том, что оснований для беспокойства о судьбе нашего золотого запаса нет - если оно вообще владеет информацией".

К сожалению, Эндрю Элму так и не удалось достигнуть поставленной перед собой цели - добиться полной инвентаризации золотого запаса в Форт-Ноксе. Невероятно, как плохо был поставлен учет самого большого сокровища в мире. Ведь принадлежало оно не Федеральному Резерву или его заморским акционерам, а всему американскому народу.

Одно ясно определенно - правительство могло бы в течение нескольких дней развеять все спекуляции, опубликовав результаты аудита и сделав его достоянием прессы. Однако оно предпочло самоустраниться. Из этого можно сделать вывод, что чиновники боятся открытий, к которым может привести такая проверка.

Так чего боится правительство? Ответ очень прост. Когда к власти в 1981 году пришел президент Рональд Рейган, консервативные друзья убедили его изучить технико-экономическое обоснование возврата золотого стандарта как единственного способа обуздать правительственные расходы. Поскольку звучало это вполне здраво, президент Рейган назначил для изучения вопроса и выработки заключений для Конгресса группу, названную как Комиссия по золоту. Комиссия по золоту в своем докладе Конгрессу в 1982 году сделала следующее шокирующее открытие - у Казначейства золота нет. Нет совсем. Как оказалось, все, что осталось в Форт-Ноксе, принадлежит не Федеральному Резерву, а хранится группой частных банкиров в качестве обеспечения национального долга.

Дмитрий Карасев

http://www.finmir.com.ua/content/view/72/170/

 

 














  


 
 [ главная Сборник статей по экономике Игоря Аверина © 2006-2009  [ вверх
© Все права НЕ защищены. При частичной или полной перепечатке материалов,
ссылка на "www.economics.kiev.ua" желательна.
Яндекс цитирования